Авиатор-самоучка

Авиатор-самоучка

Модель орнитоптера, построенная Чечетом в Большом Токмаке в 1908 г.
Мало кто знает, что у нас в Украине родился и работал талантливый конструктор Григорий Герасимович Чечет - один из первых изобретателей отечественного самолета с двигателем внутреннего сгорания. Его работы были очень полезны, а некоторые конструктивные решения стали приоритетом нашей науки и до сегодняшнего времени широко используются в авиационной промышленности всего мира.
Родился Чечет в середине XIX столетия в селе Каи-Кулак около Мелитополя в крестьянской семье - имел еще двух братьев и сестру, которая вела хозяйство, так как мама умерла. В детстве он был сообразительным и любознательным. Отец это заметил и отдал парня в школу. Григорию понравилась его первая учительница Надежда Степановна, но он не очень симпатизировал законоучителю отцу Евграфию. Когда тот спросил у парнишки, на кого он будет учиться, то услышал ответ: "На путешественника! Буду ездить или плавать по морях, а может, и по небу". За эти слова парень хорошенько получил по шее.
Именно Надежда Степановна распознала у Григория способности к арифметике, геометрии, физике, географии. А еще он очень любил ботанику и старательно занимался ею. Но что могло ждать простого сельского парня после окончания школы - только батрачество. Ведь его отец тоже батрачил у местной госпожи Реймер. Работником он был хорошим и порядочным, никогда не воровал и, что самое интересное, любил читать. Сын Гарасима тоже пошел в отца, поэтому госпожа Реймер решила взять его к себе на работу после смерти Чечета-старшего. Так Григорий попал в господский сад. Грамотный работник сумел завоевать доверие своей хозяйки, и она разрешила ему брать из ее библиотеки книги для чтения. Там был и Миллер, и Гете, и Лев Толстой, но в основном там были книги по садоводству. Именно увлеченность садоводством помогла вскоре молодому Чечету отправиться на учебу в Никитский ботанический сад в Крым. Только он приступил к учебе, как пришлось идти в армию. Но Григорий не унывал - после службы вновь возвратился в ботанический сад доучиваться. Он стал любимым учеником директора Лагермарка. Тот часто знакомил его с разными интересными людьми. Именно он познакомил Чечета с корабельным инженером, приверженцем воздухоплавания Мациевичем, который рассказал о давних попытках людей сделать из листьев, дерева, бумаги что-то похожее на птичьи крылья, а также об удачных попытках запуска больших самодельных летательных аппаратов-планеров.
ЧУР №1 на Корпусном аэродроме перед испытаниями. 1911 г.
В Никитском саду Григорий встретил свою первую любовь - Параску Щербину. Вместе с ней он вернулся на родину. В родном селе его ждали нужда и голод. Из-за этого он не мог целиком отдаться исследованиям по воздухоплаванию - едва зарабатывал на хлеб насущный садоводством и разведением цветов. Где уж тут думать о деньгах на газеты и журналы о воздухоплавании.
Прежде чем создавать настоящий воздушный корабль, идея которого все четче представлялась Григорию, он решил изготовить для пробы маленькую модель. Перед его глазами, как когда-то у Леонардо да Винчи, все время стоял образ птицы, парящей в высоте. Григорий начал мастерить воздушный змей. Его змей имел форму птицы. Треугольный коробок был "телом", к двум верхним углам он приделал острые крылья. Их положение могло меняться, чтобы модель была устойчивой в полете и лучше парила. Тяжелой выдалась эта работа - прежде всего, потому, что дома он не чувствовал никакой поддержки. Братья и жена все время посмеивались над ним. Но, несмотря ни на что, Григорий все-таки построил змей и запустил его с холма на окраине села. Потрясены были все, однако никто не похвалил молодого изобретателя, а особенно злилась его жена, и Григорий принял решение уйти из семьи. Он перебрался в другой уезд: богатый землевладелец из немецких колонистов Фальц-Фейн искал себе садовника в лесопарк в поместье Аскания-Нова. Там Григорий Чечет закончил свои расчеты, изготовил некоторые детали аппарата, выслал заказы на материалы и поехал домой - строить планер. Получив из Праги посылку, он, не слушая упреков жены, измерял и примерял бамбуковые палочки, проклеенное полотно и все думал над конструкцией планера, на котором собирался подняться в воздух.
Много чего тогда изменилось в жизни Григория: развелся с женой и вторично женился. Вторая жена Оныся оказалась такой же любознательной, как и он сам. Она расспрашивала обо всем и сама присматривалась, что и как мастерил ее Григорий, или слушала его, когда он читал журналы и газеты о воздухоплавании.
Воздушно-парусный корабль Чечета. Построен в 1911 г.
На изготовление летательного аппарата ушла вся зима. Небольшой летний заработок садовника Чечет потратил на покупку бамбука, полотна, клея, красок. И когда пришла весна, изобретатель начал готовиться к полету на своих самодельных крыльях. Аппарат представлял собой огромное (в десять аршин длиной) крыло, каркас которого был сделан из гнутого бамбука и обмотан тонким полотном. Посредине - отверстие, делившее крыло надвое и служащее кабиной для планериста. Почти никто не верил, что Чечет сможет подняться в воздух. Но он все-таки полетел. Хотя и на каких-то десять саженей, а полетел. Это был успех! Но душа желала большего: он хотел сделать самолет. И для достижения цели Григорий с женой сначала переселился в город Гуляйполе, а вскоре Екатеринослав. Тяжело там пришлось Чечету - днем работа, вечером - конструирование нового планера.
Как-то Григорий вычитал, что во Франции велосипедисты прицепляют крылья к велосипедам - делают такие себе планеры-авиетки. А если хорошо разогнаться по ровному шоссе - можно немножко "подлететь". И Чечет решил использовать французский опыт, немного его упростив и усовершенствовав, ведь равнинная местность возле Дебальцева - это хороший способ испытать конструкцию уменьшенного варианта планера. Хотя у него в то время было уже четверо детей, Григорий все-таки смог пойти на вечерние курсы слесарей-механиков. Именно тогда он написал о своем аппарате в Русское Техническое Общество. Ответ из Петербурга не заставил себя долго ждать: "Пан Чечет обратился в отдел с просьбой обратить внимание на его 13-летний труд по строительству летательного аппарата и рассмотреть проект его прибора. Поскольку из присланного нельзя сложить представление о приборе, отдел поручил А.А. Кованьку просить одного из инженеров заводов, расположенных около ст. Дебальцево, осмотреть аппарат г. Чечета и дать отделу свой вывод о нем..."
Чечет возле модели аэроплана (будущего ЧУР №1), сделанной в Большом Токмаке в 1909 г.
Пришел 1905 год. Григорий Чечет вместе с рабочими приветствовал революцию. За это он вскоре поплатился - полиция взяла его на учет. Но мечта о небе не оставляла его. И вновь переезд - на этот раз в Большой Токмак. Там он решил построить небольшой аэроплан. Нужны были деньги на дорогие детали, которые изготавливали на заводе Фукса и Клейнера по чертежам изобретателя. В то время воздухоплавание было такой областью знаний, в которую даже самым мудрым приходилось пробираться сквозь сплошные дебри вопросов. Что уж говорить о крестьянине, который не имел хорошего технического образования. Для Чечета создание летательного аппарата стало уравнением с многими неизвестными. Но руки авиатора-самоучки день за днем строили небольшую модель аэроплана. И вот она готова. Размашистое основное крыло и крыло над ним; четырехгранный в носовой части фюзеляж дальше сделан трехгранным (для облегчения и прочности); под ним широкое шасси на полозьях, напоминающее сани; массивное на первый взгляд хвостовое оперение - легкое и устойчивое; вместо двигателя приделан лубок медной проволоки необходимого веса. Запущенная с высоты как планер модель повела себя в воздухе уверенно, как настоящая птица. Одно только удручало Чечета - у него не было двигателя, чтобы построить аэроплан. Он дал объявление в московских газетах о покупке мотора, хотя и не имел не это средств. Но временами жизнь в тяжелую минуту может преподнести неожиданный сюрприз. Немецкий колонист Нейфельд взял его садовником и разрешил строить в своем сарае аэроплан. Григорий полностью погрузился в работу. Однако все-таки изобретатель не выдержал и ушел от Нейфельда - очень уж непосильной оказалась работа у него. Именно в то время из Москвы пришел ответ на его объявление. Хотя двигатель никто ему не предложил, нашелся союзник - коммерсант П. Устрицев, пригласивший Чечета к себе под Москву в Перново, надеясь на совместную работу. Выбора у Григория не было, и он отправился в Москву. Устрицев познакомил его с немецким инженером Петером Броудом. Чечет показал ему деревянную модель своего последнего изобретения - орнитоптера. Все вроде бы складывалось удачно, но по требованию полиции Григорий вынужден был вернуться в Большой Токмак: так он расплачивался за симпатии к революционерам. Однако не мог Чечет просто так оставить дело всей своей жизни. Он продолжал строить свой аэроплан. Когда пришло время складывать аппарат, изобретатель вывез все части за город. И тут вновь вмешалась полиция - пристав запретил проводить полеты без разрешения полиции, а вскоре запретил строить аэроплан.
Чечет возле своего ЧУР №1 (сборка в ангаре Ломача в Петербурге)
Когда Первое Русское общество воздухоплавания перестроило мастерские Щетинина в Петербурге на аэропланостроительный завод, миллионер Ушков, ранее знавший о Чечете, почувствовал, что может потерять прибыльное дело. Он обратился к конструктору Николаю Васильевичу Ребикову и рассказал о Чечете. Ребикова заинтересовало изобретение крестьянина из далекого степного края. Григория Чечета пригласили в Петербург. Там он при помощи Ребикова начал строительство своего аэроплана. Назвал он его ЧУР №1 (Чечет, Ушков, Ребиков).
Пришло лето 1911 года. И наконец самолет Чечета вышел на старт. Он легко взял разгон и оторвался от земли, пилотировал его Ребиков. Григорий, стоя на земле, не чувствовал ее под собой и не мог скрыть восторга. Приехав осенью 1911 года из Петербурга, Григорий Чечет купил себе небольшой домик и нанялся слесарем на механический завод немецких заводчиков-колонистов Фукса и Клейнера. Весь свой заработок он тратил на создание нового летательного аппарата. Новый аппарат (воздушно-парусный корабль) был очень интересным. Весь его каркас конструктор сделал из бамбуковых палок. Крылья и маленькие боковые поверхности, перепонки между крыльями и хвостовое оперение обернул плотным тонким полотном. Планер, поставленный на колеса, предусматривалось запускать буксированием (лошадью) или разогнав по наклонной плоскости.
Весной 1912 года газеты и журналы писали об открытии Второй международной воздухоплавательной выставки в Москве. Вскоре Чечету пришло письмо от Николая Ребикова, в котором тот писал, что ЧУР №1 тоже покажут на выставке как самолет оригинальной конструкции. Хотя Григорий был болен и денег не хватало, он все же надумал поехать в Москву. На выставке он сразу узнал свой ЧУР, поспешил к нему. Под ним красовалась надпись:
"СТЕНДЪ №9
Н.К. УШКОВЪ
Москва, Смоленский бульваръ, №26
Экспонаты:
Аэропланъ "ЧУРЪ". Аэробуэръ".
ЧУР №1 на Комендантском аэродроме в Петербурге во время испытаний
Всю славу Ушков присвоил себе. Григорий с грустью смотрел на свое творение. Вдруг к нему подошел Ребиков с известным летчиком Ефимовым. Летчик дал высокую оценку машине, а во время авиационных дней, проходивших в Москве, пилот Лерхе успешно поднял ЧУР №1 в воздух и совершил полет.
Изнуренный нищенской жизнью и трудом, Григорий Чечет все чаще болел и в марте 1922 года умер в инфекционной больнице города Запорожья. Но работы Г.Г. Чечета и Н.В. Ребикова не были забыты. Их имена часто упоминаются в исторических материалах по воздухоплаванию. В 1966 году в Запорожском краеведческом музее устроили отдельную экспозицию, по-священную Григорию Чечету, авиатору-изобретателю.

Вероника Дерновая,
г. Винница